Цветы напоминающие женские тела
![Цветы напоминающие женские тела](https://imbuilding.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/gywys.jpg)
Наконец, переход к настоящим, вырабатывающим мёд нектариям представляют шпорцы у различных видов Orchis. В противоположность этому у Э. Некоторые специалисты отмечают его сходство с чертополохом, однако они имеют разную окраску. Но шутка оказывается имеет многовековую историю, покопавшись в интернете можно обнаружить, что в этих странах существовало много местных легенд, которые говорили о том, что есть плоды от женщин-деревьев. Главной особенностью солидаго являются перистые соцветия, окрашенные в яркие золотистые оттенки.
Заслуживают внимание и презентабельные и элегантные монобукеты в стильном и оригинальном оформлении. Красивый, элегантный цветок — один из самых популярных цветов у фитодизайнеров, использующих его в самых дорогих и изысканных букетах. Эфиопские относятся к корневищным растениям. Данный вид не нуждаются в периоде покоя, зато требовательны к влажности воздуха и влажности почвы. Это стройный, небольшой высокой обычно менее метра пушистый кустарник, относимый к подсемейству Маревых.
Кохия интересна своими необычайно узкими листочками, при поверхностном взгляде настолько похожими на иголки, что многие ошибочно принимают её за колючую хвойную фауну. Клематис — это растение семейства лютиковых, которое привлекает внимание своими красивыми цветами и изящными листьями.
Оно произрастает в различных уголках мира, но особенно популярно в Европе и Азии. Клематисы могут быть как вьющимися, так и кустарниковыми, их высота может достигать от нескольких сантиметров до нескольких метров. Удивительным растением, имеющим африканские корни семейства протейных является леукодендрон.
Леукадендрон невероятной стойкостью, а его необычный вид привлекает к себе внимание и придаёт букетам изюминку, к тому же леукадендрон круглогодичен. Активно цветет в комнатных условиях, неустанно образуя цветки на концах всех побегов! Leucospermum — дословно переводится как Белое семя.
![Рассылка в WhatsApp: фейковые фотографии редких цветов - StopFake!](https://img0.liveinternet.ru/images/attach/d/1/132/491/132491430_2412552129.jpg)
Лимониум, часто именуемый тюркским словом «кермек» или также известный в народе как бессмертник, относится к семейству Свинчатковые и отличается превосходной жизнеспособностью. Растение неприхотливо и обладает отличным иммунитетом к болезням и вредителям, за что и получило широкое распространение среди цветоводов. Маттиола — травянистое цветущее растение, которое пришло к нам из Средиземноморья.
Оно относится к семейству Крестоцветные. Внешний вид маттиолы довольно скромный, но аромат её цветов настолько прекрасен, что часто именно из-за него растению и выделяют место в цветнике. Высаживают её ближе к беседкам, террасам или окнам дома. Так как цветы раскрываются по ночам, маттиолу часто называют «ночная фиалка» или «левка». Мимоза лат. Mimosa pudica — это растение, которое вызывает удивление и восхищение своей уникальной особенностью — складывать свои листья при прикосновении.
Именно по этой причине мимозу часто называют «чувствительным растением» или «скромницей». Озотамнус — привлекательный кустарник с простыми, но яркими соцветиями-зонтиками.
![Экзотические цветы | Цветы по низким ценам 24/7](https://4tololo.ru/sites/default/files/images/20140306150611_1.jpg?itok=dz3ZhCAg)
Озотамнус благодаря своему светлому оттенку и необычной форме завоевал большую популярность в свадебных букетах. Орнитогалум является одним из самых неприхотливых комнатных растений, которое больше известно как Птицемлечник. Это луковичный многолетник, который не может похвастаться необычной красотой, однако это не мешает ему быть востребованным любителями домашних растений.
Скимия относится ботаниками к семейству рутовых, родом происходит из горных азиатских лесов таких стран, как Вьетнам, Китай, Непал, Корея и Япония. Скимия представляет собой вечнозеленый кустарник, который носит декоративный характер. Солидаго применяется в аранжировке флористических композиций, в том числе и свадебных. Главной особенностью солидаго являются перистые соцветия, окрашенные в яркие золотистые оттенки. Стрелиция — травянистый вечнозеленый многолетник из семейства Стрелициевые.
Его родиной являются горные склоны, долины и речные берега Южной Африки. Растение имеет королевскую историю, ведь его разновидности названы в честь монарших особ Англии и России. Хотя цветок связан с королевскими семействами, в уходе он отнюдь не капризен.
Подсолнух — цветок с очень позитивной энергетикой. Такое солнышко хочется иметь и на своей грядке. Экзотический и редкий цветок назван именем бога морских вод — Протея, меняющего свой облик.
Протею еще называют сахарный тростник или африканская роза. Соцветия пшеницы широко используются во флористике и украсят любой букет. Ранункулюс Ranunculus еще именуют лютиком садовым азиатским.
Если цветок такого растения и поместить в вазу, то он будет сохранять свою свежесть на протяжении полумесяца. Привлекающий воздушным изяществом свежесрезанный танацетум используется в разнообразных сегментах флористического искусства. Напоминающие трогательные полевые ромашки и точно передающие их запах цветы танацетума включают в изумительные свадебные букеты, в эффектные интерьерные аранжировки. Очаровательные растения применяют для создания прелестного фона царственных роз, пышных гортензий, гвоздик, горделивых гладиолусов.
Родина растения — Южная Бразилия и Уругвай. Трахелиум прекрасный и универсальный цветок, который используется во многих цветочных композициях. Он имеет длинные, тонкие стебли, на которых располагаются нежные и красивые соцветия. Целозия — это цветковые растения семейства амарантовых, яркие соцветия которых по форме напоминают языки пламени. В природе она распространена преимущественно в странах Африки, Азии и Америки с теплым и жарким климатом.
Фрезия великолепно сочетается с орхидеями, лилиями, тюльпанами, гортензиями, розами, ранункулюсами, эустомами.
![Ответы imbuilding.ru: А если у себя посадить такое дерево? см фото](https://img1.liveinternet.ru/images/attach/d/1/132/491/132491427_539386eae239bae09b635b263d15e53b.jpg)
Аромат сохраняется на протяжении 10 дней. В переводе с латыни геллеборус означает «убивающая пища», так как это растение обладает не только лекарственными, но и токсическими свойствами. А вот русское название — морозник — геллеборус получил за свойство зацветать как только вокруг кустика образуется маленькая проталинка.
Снег может еще лежать, а уже появляются первые бутоны морозников. Растение имеет еще одно название — морской падуб. Некоторые специалисты отмечают его сходство с чертополохом, однако они имеют разную окраску.
Довольно часто эрингиум становится неотъемлемой составляющей презентабельных и впечатляющих мужских букетов. Он представляет собой твердый цветок, обрамленный остроконечным «воротником». Стебель — прочный, заметно ветвящийся. Купить экзотические цветы в Москве. В розничных магазинах Склад-Цветы. Доставка экзотических цветов. У вас нет времени приехать в розничный магазин Склад-Цветы. Курьеры магазина бережно доставят экзотические цветы по Москве, Долгопрудному, Лобне, Путилково.
Уход за цветами О нас Доставка Отзывы Вакансии. Москва, ул. Но с этой точки зрения самая сложность процесса является совершенно непонятной.
![10 самых опасных цветов | imbuilding.ru](https://img1.liveinternet.ru/images/attach/d/1/132/491/132491435_narilathaflowers220130808112413.jpg)
К чему такие сложные и хитрые приспособления, если самоопыления можно достигнуть чрезвычайно просто, как это и наблюдается у многих растений. Даже в случаях открытой Шпренгелем же «дихогамии», когда самоопыление в пределах одного и того же цветка невозможно в виду неодновременного созревания мужских и женских половых элементов, он говорит лишь о переносе пыльцы с более молодого цветка на более старый, причём, по-видимому, говорит о цветах одного и того же соцветия, так что и здесь предполагает ещё более усложненное самоопыление.
Участие в половом процессе двух различных особей растения, как конечная цель привлечения насекомых к этому процессу — вот то дополнение, которое сделал Дарвин к открытию Шпренгеля. Экспериментальным путём он показал, что «перекрёстное опыление», когда пыльца берётся с другого растения того же вида, даёт более многочисленное, более сильное и, в свою очередь, более плодовитое потомство. С этой точки зрения становятся понятны всякие сложнейшие приспособления для привлечения насекомых, ибо лишённая активной подвижности пыльца должна быть перенесена кем-нибудь или чем-нибудь в другой цветок, чтобы произвести перекрёстное опыление, становятся с этой точки зрения понятны и самые крупные затраты со стороны растения для обеспечения столь важного перекрёстного опыления.
Любопытно, что в некоторых случаях, как показал это впервые Джон Скотт для экзотической орхидеи Oncidium sphacelatum , самоопыление остаётся совершенно безрезультатным. Из массы цветков Oncidium искусственно опылённых собственной пыльцой, ни один не принёс семян. Эти наблюдения были подтверждены затем на целом ряде других растений. В нашей флоре таким свойством обладают аир Acorus calamus , хохлатка Corydalis cava , кирказон Anstolochia clematitis и проч.
Мало того, Фриц Мюллер заметил, что у различных орхидей собственная пыльца не только не оплодотворяет их пестиков , но действует на них наподобие ядовитого вещества; в свою очередь, и рыльца не дают развиваться этой пыльце, убивают её. Особенно резко это сказывается у Notylia , где уже через два дня все оплодотворённые собственной пыльцой цветы завяли, завязь их сморщилась, пыльца стала тёмно-бурой и ни одно из пыльцевых зёрнышек не проросло.
Однако в такой резкой форме отвращение к самоопылению выражено бывает редко, гораздо чаще самоопыление бывает возможно и оставляется растением в качестве последнего ресурса, на случай, если опыление при помощи насекомых почему-либо не осуществится. С этой целью, после того как все средства для перекрёстного опыления исчерпаны, дальнейшее развитие цветка направляется, как мы увидим ниже, по радикально противоположному направлению — развиваются разнообразные приспособления, облегчающие самоопыление.
Таким образом, мы видим, что Э. Эти последние, в свою очередь, не менее сильно зависят от растений, от которых получают, в основном, пищу, а иногда и другие услуги. Самое строение тех и других оказывается строго соответствующим друг другу; так что в общем они немыслимы одни без других и составляют в совокупности одно законченное гармоническое целое.
В виду всего этого, насекомые и Э. Указанные соображения насчёт важности, перекрёстного опыления одинаково приложимы ко всем цветковым растениям. В отличие от тех растений, у которых посредниками в перекрестном опылении является ветер анемофильные растения или вода гидрофильные растения , называют зоидиофильными растениями такие, у которых опыление производится животными.
Из зоидиофильных растений подавляющее большинство принадлежит к опыляемым насекомыми Э. Сравнительно очень редки случаи опыления при посредстве птиц орнитофильные растения или при посредстве улиток малакофильные растения.
Из всех перечисленных групп только две являются общераспространёнными, именно: анемофильные менее многочисленные и Э. Общие признаки цветов у Э. У этих последних пыльца сухая, рассыпчатая, легко распыляемая ветром; рыльце , в основном, перистое, выдающееся из цветка и приспособленное при посредстве своих волосков к улавливанию носящейся в воздухе пыльцы. Околоцветник и кроющие листья низведены до минимума, дабы не заслонять пыльников и рылец и не затруднять опыления; растения, наконец, живут большими сообществами например, сосна , крапива , злаки , и цветы распускаются в основном все разом, благодаря чему воздух сразу нагружается большим количеством пыльцы, и вероятность опыления носящейся в воздухе пыльцой становится очень велика.
В противоположность этому у Э. Околоцветник крупный, цветение нередко довольно продолжительное и скученность растений одного и того же вида не имеет большого значения. Вдобавок к этому в цветах Э.
Наконец, самый акт опыления происходит при участии многих, иной раз, чрезвычайно сложных специальных приспособлений. Растения дают насекомым пищу, часто к тому же кров, изредка — приют для воспитания личинок. Мы начнём с последнего случая. У многих гвоздичных растений, приспособленных к опылению мелкими ночными бабочками, эти последние не только питаются нектаром цветка, но и откладывают внутрь завязи яички. Личинка, вышедшая из яичка, ползает внутри завязи, питается там семяпочками и молоденькими семенами, а затем, прогрызая стенку завязи, выходит наружу.
Личинка, правда, не съедает всех семян, и поэтому растение в конце концов всё-таки успевает при помощи разносящих пыльцу бабочек произвести достаточное количество семян; однако, вряд ли, в таком усложнении процесса особенно заинтересовано растение. В других случаях, однако, несомненно, что отложение насекомым яичек в тело растения является нормальным и необходимым условием опыления. Наиболее интересным примером взаимоотношений такого типа является процесс опыления у рода Ficus , хотя бы у европейской смоковницы Ficus carica.
Соцветие здесь устроено очень оригинально: оно имеет вид полой внутри груши, урны, на внутренних стенках которой сидят очень мелкие цветочки.
Растение смоковница двудомное: на одних экземплярах развиваются только женские соцветия — это и есть разводимая смоковница, на других экземплярах развиваются мужские соцветия. Мужские экземпляры встречаются только в диком состоянии, это так называемая козья смоковница , Caprificus.
В соцветиях Caprificus кроме вполне развитых мужских цветков есть ещё недоразвитые женские, расположенные в нижней части соцветия. Они отличаются от типичных женских цветов короткостью столбика, отсутствием на рыльце сосочков и полной бесплодностью. Назначением их, как оказывается, иное: длина столбика приноровлена к длине яйцеклада одной маленькой орехотворки Blastophaga grossorum , которая и кладёт туда свои яички; это — образования исключительно предназначенные для воспитания личинок орехотворки; соответственно этому такие «орешковые» цветы превращаются в конце концов в галлы и затем выпускают молодую орехотворку.
Пробираясь из соцветия наружу, орехотворка встречает в верхнее части урны мужские цветы и обсыпается их пыльцой. Попадая затем в женское соцветие, орехотворка опыляет женские цветки, но её попытки положить в завязь цветка яичко не увенчиваются успехом: столбик женского цветка слишком длинен, и яйцеклад поэтому далеко не достигает до завязи.
Таким образом, здесь происходит обмен услугами между растением и орехотворкой, причём растению не приходится расплачиваться за услугу собственными детьми, как мы это видели у гвоздичных.
Что касается крова, который дают растения насекомым, то это явление далеко не редкое; особенно некоторые жучки любят забираться в крупные цветы мака, генциан, магнолий, оставаясь там нередко до тех пор, пока цветок не опадет, чтобы затем пуститься на поиски подобной же квартиры; понятно, что при перелётах с цветка на цветок они успешно производят опыление.
Несравненно чаще, однако, растение предлагает насекомому только пищу. Пищей для насекомых может служить либо пыльца, либо сочные ткани, волоски, бугры, выросты цветочных покровов, либо, наконец, — что чаще всего — сахаристый сок — мёд или нектар, выделяемый особыми «нектариями». Что касается пыльцы, то, как известно, у многих насекомых она играет важную роль в пропитании как взрослых особей, так и детвы.
С целью собирания пыльцы у насекомых существуют специальные приспособления: щётки для сметания пыльцы, «корзиночки» для переноса собранных запасов и проч. Очень типично в этом отношении устроены задние ноги у обыкновенной пчелы. Понятно, что во время собирания пыльцы насекомое вымазывается ею и, перелетая с цветка на цветок, производит перекрёстное опыление.
Понятно также, что растения, привлекающие насекомых своей пыльцой, должны производить большой избыток пыльцы. И в самом деле у таких растений обыкновенно наблюдается очень много тычинок; они скучены в центре цветка, самый цветок имеет вид широкой чаши, обращённой отверстием кверху, так что высыпающаяся из пыльников пыльца не рассеивается бесплодно, а собирается, в ожидании посещения насекомых, на дне чаши.
К числу растений такого типа принадлежат шиповник, мак, ветреница Anemone и проч. Гораздо менее многочисленны случаи, когда в качестве приманки цветок предлагает насекомому части собственного тела, волоски, гребни, выросты лепестков и проч.
Особенно известны таким способом привлечения насекомых орхидные. У Венерина башмачка Cypripedium сочные волоски, покрывающие изнутри губу цветка, служат пищей для насекомых. Точно также насекомые обгрызают выросты и гребни на губе Gongora , Stanhopea , Coryanthes , Catasetum и проч. В иных случаях насекомые не поедают, а только высасывают сочные ткани цветка; это наблюдается у золотого дождя Cytisus laburnum , зверобоя и других растений.
Наконец, переход к настоящим, вырабатывающим мёд нектариям представляют шпорцы у различных видов Orchis. Мёд в полость шпорца у них не выделяется, и Шпренгель, обративший впервые на это внимание, предположил, что мы имеем здесь дело как бы с обманом со стороны растения: обладая внешностью медоносного цветка, цветок Orchis , по мнению Шпренгеля, таким образом, даром пользуется услугами насекомых.
Шпренгель назвал такие цветы ложномедоносными нем. Дарвин показал, что такой взгляд несправедлив; насекомые, прокалывая внутреннюю, чрезвычайно нежную кожицу шпорца, высасывают из его тканей сладкий сок.
Интересно, что, по указанию Дарвина, сок этот находится здесь в межклетниках, и, таким образом, мы имеем в данном случае как бы «внутренние» нектарии; клетки выделяют мёд не на поверхность органа, а внутрь его тканей, в промежутки между клеточками.
От этих видов Orchis переход к настоящим медоносным растениям не представляет ничего принципиально нового. Если скопившийся внутри межклетников сладкий сок получит возможность выйти наружу, мы будем иметь дело уже с типичным нектарием. Сладкая жидкость выходит наружу сквозь особые устьица, устроенный наподобие «водных устьиц», предназначенных для выделения из растения избытка воды. Чаще, однако, нектар выступает из клеток не в межклетники, а прямо на поверхность органов. Нектар представляет собой, главным образом, раствор сахара, у различных растений — различной концентрации: то он очень водянист, то, напротив, до того концентрирован, что сахар выкристаллизовывается иной раз довольно крупными кристаллами.
Нектар цветов является местом обычного нахождения дрожжей в диком состоянии; насекомые попутно способствуют распространению дрожжей Duclaux , и тоже, быть может, не безвозмездно, так как в нектариях, за счёт деятельности дрожжевых клеток, должно идти спиртовое брожение.
Что касается места выделения нектара, то оно может быть чрезвычайно разнообразно; в нектарии могут превращаться и целые органы цветка и их отдельные части. Нектарии развиваются на чашелистиках, на лепестках, целиком лепестки могут превращаться в нектарии и проч. Нектарии, развивающиеся на отдельных органах, имеют вид ямок, бороздок, бугорков и проч. Так, у чернушки Nigella медолистик нем.
Saftmachine , по терминологии Шпренгеля , являющийся видоизменённым лепестком, имеет форму причудливой формы сосудца с боковой крышечкой; крышечка плотно прижата к отверстию сосуда и удерживается здесь, зажатая между двумя небольшими выростами. Со стороны насекомого требуется некоторое усилие, чтобы поднять крышечку и воспользоваться скопившимся в нектарии мёдом; когда весь мёд высосан и насекомое удаляется, крышка снова плотно захлопывается, и процесс накопления мёда продолжается дальше.
Что касается положения нектариев, то оно бывает различно в зависимости от того, на каких насекомых рассчитывает растение в процессе опыления. Если переносчиками пыльцы являются мухи, жуки и другие насекомые с короткими хоботками, то мёд лежит открыто на доступных местах; так, например, у зонтичных тонким слоем мёда покрыты расширенные основания столбиков, и этот так называемый «диск» блестит на солнце среди тычиночных нитей и растопыренных лепестков.
С другой стороны, такой открыто лежащий мёд не удобен для насекомых с длинными хоботками, каковы бабочки, шмели и проч. В этом последнем случае все органы цветка приноровлены к устройству тела, повадкам и проч.
Сообразно этому у растений наблюдаются разнообразные приспособления для защиты мёда от незваных гостей. С этой целью вход в трубку венчика бывает преграждён либо расширением пестика, либо пучками и кольцами волосков, легко пропускающих тонкий длинный хоботок насекомого-опылителя, но препятствующих нежелательным насекомым пробираться к мёду.
У львиного зева Antirrhinum majus вход в трубку венчика плотно заперт выростом нижней губы; необходимо некоторое усилие, чтобы отогнуть губу и пробраться внутрь; этим исключаются в качестве посетителей цветка всякие мелкие насекомые, и только крупные шмели оказываются в силах отворить замкнутую дверь. Особую группу защитных приспособлений составляют различные ловчие липкие кольца, которые окружают стебель пониже цветков и препятствуют лакомым до мёда, но бесполезным в смысле опыления муравьям и прочим ползающим мелким насекомым пробраться к цветку.
Часто это не сплошные кольца, а только густо разбросанные железистые волоски, липкое выделение которых делает невозможным передвижение мелких насекомых. К числу таких же защитных приспособлений относится и способность растений раскрывать свои цветы только на время лёта способствующих опылению насекомых. Если цветы растения держатся по несколько дней, то обыкновенно они каждый день в определённое время раскрываются и закрываются.
В ясные погожие дни это происходит очень правильно, так что Линней мог составить « цветочные часы », таблицу, по которой, наблюдая время закрывания и открывания цветов, можно определить приблизительно время дня. Это приспособление защищает пищевые запасы растения также и от вредных атмосферных влияний в то время, когда нужные для опыления насекомые не летают.
Кроме того, многие цветы обладают ещё способностью сворачиваться и закрывать свои цветки в пасмурную и холодную погоду. Специально от смачивания росой и дождём у некоторых растений мёд защищается ширмой из волосков, несмачиваемых водой; такие волоски нисколько не препятствуют проникновению хоботка насекомого, но прекрасно задерживают на своей поверхности капли росы и дождя.
Между прочим, существование защитных волосков над нектариями у Geranium silvaticum натолкнуло Шпренгеля на изучение жизненного обихода цветка и привело его к открытию роли насекомых в этой жизни. Но мало того, что растения хранят в недрах своих целые клады пищевых веществ и тщательно оберегают их от бесполезного растрачивания, — необходимо ещё, чтобы клад был разыскан насекомым, ибо только тогда растение получит за свои труды и заботы соответствующую награду.
Вместилище питательных веществ должно быть заметно издали, над ним должна быть бросающаяся в глаза вывеска. Достигается такая заметность путём контрастной окраски; на зелёном фоне листвы резко выделяются розовый, жёлтый, белый, голубой цвет лепестков.
![Растение Narilatha — Социальная сеть для инвалидов СоСеДИ](https://img1.liveinternet.ru/images/attach/d/1/132/491/132491429_570789069af70fbdd07a7efa5b281e79.jpg)
Яркость окраски и контрастность её с зелёным цветом листвы — составляют смысл существования окрашенных околоцветников у Э. Заметность цветов увеличивается в том случае, когда цветок окрашен не в один цвет, а в два или более резко отличающихся друг от друга цвета. Так дело обстоит, например, у трёхцветной фиалки; в большинстве случаев, однако, неоднородность окраски цветка мало увеличивает его заметность издали; напротив, вблизи эти чёрточки, пятна, полоски видны хорошо и являются указующими перстами при разыскивании медохранилища.
Saftmahl Шпренгель считает несомненным указанием на медоносность растения. Возвращаясь к заметности цветка издали, надо, конечно, указать на увеличение размеров цветка, как на прямой путь к достижению цели.
Но возрастание величины цветка имеет свои пределы, за которыми дальнейшая трата строительных материалов уже не окупается получаемой выгодой. Поэтому цветки, диаметр которых больше 10 см, очень редки, а цветки более 35 см в поперечнике известны только у двух растений. Пальма первенства, в смысле размеров, принадлежит отвратительно пахнущему жёлто-красному цветку Rafflesia arnoldii.
Своим видом и запахом Rafflesia привлекает насекомых, питающихся падалью, которые и производят её опыление. Грандиозные размеры цветка до 1 метра в диаметре объясняются, отчасти, образом жизни растения. Оно паразитирует на корнях Cissus , и всё тело его вне растения-хозяина сводится исключительно к цветку. Редкость очень крупных цветов объясняется таким образом тем, что возрастание заметности цветка далеко не идёт параллельно увеличению его размеров.
В нашем климате цветки с диаметром в 2—5 сантиметров являются вполне обеспеченными в смысле разыскивания их насекомыми; развивать такие цветы, как у Rafflesia , было бы совершенно излишним.
Но даже и образование таких сравнительно мелких цветков в 2—5 см в диаметре является не самым выгодным использованием строительных материалов растения; гораздо выгоднее достигать резкой заметности цветков путём окучивания их в большие соцветия. При этом каждый отдельный цветок может быть очень мелок, как, например, у зонтичных растений, бузины, валерианы и проч. В таких случаях комбинируется в одно мощное целое не только окраска, но и запах цветов, и, например, всё белое дерево черёмухи, вишни, яблони является ярким образцом проведения такого принципа.
Интересную крайность в этом смысле представляют соцветия сложноцветных ; отдельные цветки в них настолько мелки, что все соцветие кажется профану одним цветком; но каждый отдельный цветок на самом деле настолько мелок, что мы его просто не замечаем; лишь совокупность их бросается в глаза.
Здесь же, у сложноцветных, мы встречаемся и с интересными случаями разделения труда между отдельными цветками, образующими соцветие так назыв. Внутренние цветки корзинки мелки и невзрачны; их венчик имеет вид маленькой трубочки с пятью зубчиками на верхушке; это «трубчатые цветы». Вся масса трубчатых цветов окрашена обыкновенно одноцветно, большей частью в жёлтый цвет, и имеет вид жёлтой круглой пластинки; краевые же цветы, обрамляющие эту пластинку, отличаются совершенно другой внешностью: их венчик развит в виде длинного язычка; на верхушке язычок несёт только три зубчика и, таким образом, развита вполне только часть венчика, одна его губа, тогда как другая из двух листочков венчика, обыкновенно совсем неразвита.
Получающиеся при этом «ложноязычковые» цветы в отличие от настоящих язычковых, у которых все пять листочков венчика принимают участие в образовании язычка, как например, у одуванчика , окрашены часто в иной цвет, например, в белый у ромашки, поповника и проч. Благодаря присутствию венца длинных язычков, такие соцветия издали бросаются в глаза. При этом развитие крупного венчика у краевых цветов происходит за счёт недоразвития половых органов: ложноязычковые цветы не двуполые, а либо только женские, либо совсем бесполые.
Подобное же соотношение между краевыми и срединными цветами соцветия встречается и вне семейства сложноцветных, причём у многих зонтичных краевые цветки просто крупнее средних, но не утрачивают органов воспроизведения; у некоторых видов один или несколько центральных цветков окрашены к тому же в иной, например тёмно-пурпуровый, цвет, резко выделяющийся на общем белом фоне соцветия.
У калины и дикой гортензии краевые цветки, придающие красоту и заметность соцветию, совершенно бесполы. Вторым не менее действенным способом приманки насекомых является выделение пахучих веществ, ароматность цветов. Запах цветов не всегда приятен; выше был упомянут цветок Rafflesia , обладающий отвратительным запахом; подобной же неприятной особенностью обладает целый ряд других растений; они издают запах падали, гниющей мочи, навоза и тому подобных неприятных предметов.
Но мухам, кладущим свои яички в гниющие вещества и питающимся разлагающимися веществами, такой запах, по-видимому, очень приятен; по крайней мере, они усердно посещают подобные цветки и добросовестно исполняют для них роль переносчиков пыльцы.
Из особенностей растений, выделяющих ароматные вещества, следует упомянуть периодичность этого выделения. Многие растения, опыляемые дневными насекомыми, перестают пахнуть ночью; напротив, растения, приспособленные к опылению ночными бабочками, чрезвычайно сильно пахнут ночью и совсем не пахнут, либо слабо пахнут, днём.
Таковы: ночная фиалка Platanthera bifolia , различные виды жимолости и проч. Мало, однако, того, чтобы привлечь насекомое в цветок; необходимо далее, чтобы насекомое захватило с собой пыльцу и перенесло её далее на другой цветок, и именно на рыльце его, а не на какую-нибудь другую часть. И так как опылением цветов является лишь побочным результатом раздобывания насекомыми пищи, так как оно совершается помимо их воли, стоит вне круга целесообразных их действий, то необходимо, чтобы все детали механизма приспособления к повадкам насекомых были выработаны возможно точно и безошибочно.
Среди приспособлений для перекрёстного опыления встречаются наиболее поразительные и «остроумные» приспособления растительного царства. Одним из простейших способов для обеспечения перекрёстного опыления является так называемая гетеростилия.
Тычинки и рыльце у различных экземпляров растения расположены неодинаково; у одного, например, экземпляра первоцвета столбик в цветках длинный; головчатое рыльце в виде зеленоватой пуговки торчит из трубки венчика, тогда как тычинки наоборот незаметны снаружи, будучи прикреплены на некоторой глубине внутри трубки венчика. Встречаются среди них и такие растения, которые обладают обратными признаками; рыльце не видно снаружи; оно сидит в глубине трубки венчика на том же уровне, на котором у первого нашего растения сидели тычинки; наоборот, тычинки у этого экземпляра прикреплены высоко; их пыльники торчат из трубки венчика подобно тому, как в первом случае торчало оттуда рыльце.
Понятно, что насекомое, перелетая с одного растения на другое, будет прикасаться одними и теми же точками тела сначала к пыльникам, затем к рыльцам и наоборот.
У некоторых растений различия в строении цветка ещё сложнее.